[Иван Трунаев, 2025]
На лирическом вечер было сумрачно. До абсурда темно. Жалко, что не было чего-то особенного. Какого-то предмета интерьера, который стоял бы, и доставлял своим духом дополнительное наслаждение. У меня в голове был такой предмет: мой приятель Головин. Он был умный, и начитанный как Царь, но мало толку от него было, как и от аккордеона, без музыканта.